Неандертальцы могли применять липкое вещество из древесной коры не только для изготовления орудий, но и для обработки ран и борьбы с бактериальными инфекциями. Учёные выяснили, что берёзовый дёготь, который обычно связывают с доисторическим производством инструментов, обладает антибактериальными свойствами. Это позволяет предположить, что он мог служить древним лекарственным средством.
Исследование провели специалисты Кёльнского университета, Оксфордского университета, Льежского университета и Университета Кейп-Бретона в Канаде. Команда воспроизвела методы, которые, как считается, использовали неандертальцы, получила берёзовый дёготь и проверила его способность подавлять вредные бактерии. Результаты показали, что этот доисторический клей мог иметь второе, ранее не учитывавшееся назначение — защищать раны от заражения. Работа опубликована в журнале PLOS One под названием «Antibacterial properties of experimentally produced birch tar and its medicinal affordances in the Pleistocene».
Берёзовый дёготь — густое липкое вещество, которое получают при нагревании берёзовой коры. Археологи находили его следы на многих стоянках неандертальцев в Европе, часто он оставался на древних каменных орудиях. Десятилетиями такие находки заставляли исследователей думать, что неандертальцы использовали этот материал в основном как клей. В частности, дёготь помогал прикреплять каменные лезвия или наконечники к деревянным рукоятям — эта техника известна как составное крепление. Она позволяла соединять разные части и создавать более удобные и эффективные инструменты.
Однако учёные всё чаще изучают, не играл ли берёзовый дёготь более широкую роль в доисторической жизни. «Однако новые исследования позволяют предположить, что берёзовый дёготь мог использоваться и для других целей», — говорит Тьярк Зимссен из Кёльнского и Оксфордского университетов, возглавляющий текущую работу. Данные о традиционных обществах по всему миру показывают, что берёзовый дёготь применяли в лечебных и иных целях. Вместе с археологическими находками, указывающими на использование растений и наличие форм медицинской помощи у неандертальцев, это породило вопрос: могли ли неандертальцы осознавать лечебный потенциал того же вещества, из которого делали инструменты? «Наряду с этими находками появляется всё больше свидетельств о лечебных практиках и использовании растений у неандертальцев, поэтому нас заинтересовало применение берёзового дёгтя в этом контексте», — отмечает Зимссен.
Для проверки исследователи изготовили собственный берёзовый дёготь из древесных пород, которые существовали в эпоху неандертальцев. Они не полагались на современные промышленные процессы, а воссоздали методы производства, реконструированные по археологическим данным, связанным с неандертальцами. Один из способов заключался в помещении берёзовой коры в герметичную подземную яму и нагреве при малом доступе кислорода или без него. В таких условиях кора проходит так называемую сухую перегонку, при которой тепло разлагает материал и высвобождает вещества, собираемые в виде дёгтя. Команда также опробовала более простой подход: сжигание берёзовой коры рядом с твёрдой поверхностью, например камнем. При горении пары дёгтя конденсировались на более холодной поверхности, оставляя липкий осадок, который можно было собрать. Эти эксперименты позволили учёным выяснить, будут ли антибактериальные свойства схожими у дёгтя, полученного разными доисторическими способами.
Результаты выявили потенциально важное преимущество этого древнего материала. При тестировании образцов каждый тип полученного берёзового дёгтя подавлял рост Staphylococcus aureus — бактерии, которую часто связывают с раневыми инфекциями. Staphylococcus aureus, часто сокращённо S. aureus, особенно важен для современной медицины, поскольку может вызывать серьёзные инфекции. Некоторые штаммы приобрели устойчивость к нескольким антибиотикам и вызывают трудно поддающиеся лечению внутрибольничные инфекции. Примечательно, что антибактериальная активность проявлялась независимо от того, какой доисторический метод извлечения использовали исследователи. Это говорит о том, что подавляющие бактерии свойства берёзового дёгтя не зависели от конкретного способа производства. «Результаты позволяют предположить, что противомикробные свойства играли роль ещё во времена ранних неандертальцев и могли использоваться целенаправленно», — поясняет Зимссен. Хотя эксперименты не доказывают, что неандертальцы действительно наносили берёзовый дёготь на раны, они показывают, что материал, который они умели производить, обладал свойствами, способными сделать его полезным для медицинской помощи.
Помимо ещё одной возможной грани поведения неандертальцев, открытие может иметь значение и для современной медицины. Устойчивость к антибиотикам становится всё более серьёзной глобальной проблемой здравоохранения. Поскольку всё больше бактерий приобретают устойчивость к распространённым препаратам, учёные ищут дополнительные вещества для борьбы с инфекциями. Антибактериальная активность доисторического берёзового дёгтя говорит о том, что древние материалы и традиционные лечебные практики заслуживают более пристального научного изучения. Вещества, использовавшиеся тысячи лет назад, могут содержать соединения со свойствами, актуальными и сегодня. Однако способность подавлять бактерии в лабораторных экспериментах не обязательно означает, что берёзовый дёготь будет безопасен или эффективен для лечения ран у человека. Для оценки возможного медицинского применения нужны дальнейшие исследования. «Наши результаты показывают, что, возможно, стоит глубже изучать целенаправленные антибиотики из этнографических контекстов — или, как в данном случае, из доисторических», — заключает Зимссен. Эти данные дополняют растущий корпус исследований, представляющих неандертальцев как находчивых людей, которые понимали окружающие природные материалы и пользовались ими. То, что археологи когда-то считали в первую очередь доисторическим клеем, могло также быть полезным веществом для защиты ран, что даёт ещё одну интригующую возможность в вопросе о происхождении медицинских знаний человечества.