В Скандинавии практически любой турист может попасть на выставку, посвящённую викингам, и выбор таких экспозиций весьма широк. В Национальном историческом музее Копенгагена, столицы Дании, действует крупная постоянная выставка о викингах. Шведский исторический музей в Стокгольме располагает самой большой в мире экспозицией эпохи викингов. Новый норвежский Музей эпохи викингов в Осло, открытие которого запланировано на 2027 год, обещает стать ведущим музеем викингов в мире, а пока временная выставка демонстрирует яркие археологические находки того периода в Музее культурной истории.
Скандинавские национальные музеи, разумеется, рассчитывают, что и местная, и зарубежная публика приходит к ним ради предметов и историй, связанных с викингами. Однако за этим интересом стоит не только желание удовлетворить запрос посетителей. Национальные музеи используют историю для формирования представлений о национальной идентичности, и образ викингов нередко служит отражением актуальных ценностей и потребностей общества.
В XIX веке, когда национальные проекты были особенно популярны, эпоха викингов стала важной частью конструирования национальной идентичности в Скандинавии. С тех пор викинги превратились в настолько известный символ, что их узнают по всему миру. В массовом сознании викинг — это высокий широкоплечий мужчина с мечом в руках, иногда с современной стрижкой вроде фейда или множеством татуировок. Однако такой образ в основном является вымышленным.
Специалисты скандинавских национальных музеев знают, что викинги были разнородной группой, далёкой от мифа об исключительно мужчинах-воинах. Тем не менее образ воина-викинга упорно сохраняется, привлекая посетителей и одновременно словно призрак блуждая по залам. В трёх экспозициях мужчина-викинг предстаёт как воин, мореплаватель и торговец. Его также неоднократно показывают земледельцем, проводящим дни за работой на земле. Сельскохозяйственные сюжеты добавляют глубины, но кураторы выставок, как правило, выдвигают на первый план более популярный образ, а не эту более сложную картину.
В шведской экспозиции, например, отмечается, что многие свободные мужчины и женщины владели оружием, но лишь немногие действительно считали себя воинами. Тем не менее в центре внимания выставок оказываются корабли, мечи и предметы торговли и путешествий. В Копенгагене посетителям Национального музея предлагают увидеть «нашу выставку о викингах, где мы исследуем мир возрастом более 1000 лет — мир, сформированный культурой воинов и богами Одином, Тором и Фрейей». Здесь реальная история сталкивается с ожидаемой фантазией о скандинавских легендах, воинах и богах.
Кураторы, судя по всему, испытывают напряжение между желанием дать аудитории то, что она ищет, и стремлением представить подлинную историю. Это заметно и в изображении женщин-викингов. Хотя музеи пытаются вписать женщин в преимущественно мужскую картину эпохи викингов, описания их жизни и социального или культурного влияния часто остаются ограниченными. Существует традиция показывать только исключительных женщин того времени — знатных хозяек или щитоносиц (женщин-воинов), из-за чего обычные женщины остаются менее заметными. В других случаях образы женщин следуют гендерным стереотипам, сосредоточенным на их роли в доме и одежде. В датской экспозиции, к примеру, говорится, что «гостей принимала хозяйка дома, которая всё организовывала, чтобы приём удался. Женщины играли активную роль в управлении хозяйством и также много путешествовали». Другая подпись поясняет: «Украшения и предметы из захоронений многих богатых и знатных женщин отражают сложные роли, которые эти женщины выполняли».
Кураторы также уделяют внимание национальным основополагающим нарративам Скандинавии. История о том, что эпоха викингов стала переломным моментом в рождении наций и культуры, в разных формах присутствует во всех трёх экспозициях. Согласно ей, в этот период Скандинавия превратилась из череды разрозненных и децентрализованных языческих племён в отдельные объединённые христианские королевства. Сегодня скандинавы по-разному относятся к этому нарративу, но он по-прежнему довлеет над рассказом об истории того периода. В Дании история сливается с национальной идентичностью, чему способствует легенда о Харальде Синезубом, отце Свена Вилобородого и деде Кнуда Великого, который принял христианство после того, как стал свидетелем чуда монаха Поппо, державшего кусок горящего угля без вреда для рук. Ряд исследователей отмечает, что с 1980-х годов эпоха викингов используется для создания удобных современных нарративов — например, о успешных культурных контактах между скандинавами и мусульманами в прошлом, подкрепляемых археологическими находками. Это связано с желанием в Швеции и Норвегии создать противовес националистическому использованию эпохи викингов, часто направленному против мусульман. Как показывают эти примеры, создание музейной выставки — это тонкий баланс между работой с традиционными нарративами, укоренёнными в массовом воображении, и представлением точной картины прошлого. И всё же одержимость скандинавских национальных музеев викингами можно объяснить их стремлением показать прошлое, которое больше связано с текущим состоянием общества, чем с тем, что известно о мире викингов.