На протяжении столетий в разных уголках мира находили огромные кости, и люди объясняли их по-разному. В мифах многих народов существовали предания о расах гигантов, живших в незапамятные времена. Эти истории подкреплялись находками скелетов, значительно превосходивших по размерам кости обычных людей, которые обнаруживали по всему Средиземноморью и в Европе. О таких находках сообщал еще древнегреческий философ Эмпедокл, живший в 492–432 годах до нашей эры: он рассказывал о гигантских костях с Сицилии, якобы принадлежавших расе великанов.
Римский историк Плиний Старший упоминал окаменевшую слоновую кость в земле, а Светоний писал, что император Август владел коллекцией крупных костей, найденных на острове Капри. Черепа слонов с огромным отверстием спереди, предназначенным для хобота, принимали за останки одноглазых циклопов. В Средние века эти кости приписывали гигантским людям или чудовищам, погибшим во время Всемирного потопа. Гигантские бивни из Сибири считали рогами единорога или клыками драконов, а огромные зубы и позвонки мамонтов в некоторых местах почитали как реликвии святых.
В начале XVII века в песчаном карьере близ французского Лангона были выкопаны крупные кости, которые стали выставлять по всей Франции как останки гигантских тевтонов — германских племен, некогда обитавших в Галлии и разбитых римлянами в 101 году до нашей эры. Однако в 1613 году известный анатом Риолан выступил против этой трактовки, предположив, что это кости слона. Это вызвало ожесточенный спор между врачами, анатомами и цирюльниками-хирургами, которые настаивали на том, что кости принадлежат гигантским людям. Одни считали находки подделкой или результатом действия загадочных «пластических сил», пронизывающих землю, другие обвиняли анатомов в сомнениях относительно библейского рассказа о великанах. Споры утихли лишь в 1618 году, так и не разрешившись, и еще два столетия большинство людей продолжало видеть в новых находках останки гигантских людей.
Гигантские кости, которые постоянно находили в Новом Свете, также вызывали немало загадок и тревог. Индейские племена обычно приписывали их огромным монстрам, с которыми сражались их предки, и включали эти истории в свой фольклор. Когда кости впервые увидели европейские поселенцы, они решили, что это останки гигантских людей, бродивших по земле в библейские времена. Другие полагали, что огромные бивни, почитаемые индейцами, — дело рук сатаны, поместившего их туда, чтобы искушать верующих. В 1519 году испанский конкистадор Эрнан Кортес получил в дар от племени тлашкальтеков кость «великана» и отправил ее королю Испании как доказательство того, что гиганты некогда жили в Новом Свете. А в 1706 году преподобный Коттон Мэзер объявил подобные находки «останками нечестивых гигантов, утонувших в Ноевом потопе», и отправил кости в Лондонское королевское общество, чтобы их засвидетельствовали как доказательство существования «злых великанов».
Королевское общество так и не вынесло официального заключения об этих костях, хотя многие его члены к тому времени уже сомневались в буквальном прочтении Книги Бытия. Идея о том, что все существа были созданы Богом и не могут исчезнуть, подкреплялась представлением о «великой цепи бытия», связывающей животных, человека, ангелов и Бога: разрыв любого звена означал бы разрушение всей цепи. К концу 1700-х годов становилось все очевиднее, что многие найденные окаменелости не имеют живых аналогов. Хотя отдаленные уголки мира активно исследовались и там обнаруживали новых удивительных зверей, гигантские существа явно не скрывались ни в Южной Америке, ни в Африке, ни в Ост-Индии. Странные ископаемые, например кости гиппопотамов, найденные в Париже и Лондоне, явно принадлежали тропическим животным, но считалось, что их принесло Великим потопом из тропиков.
В 1739 году Шарль ле Мойн, второй барон де Лонгёй, отправился из Монреаля с французскими и индейскими войсками воевать против индейцев чикасо вдоль реки Огайо. Где-то у Огайо он обнаружил останки, похожие на кости трех слонов, а после окончания войны в 1740 году собрал их и отправил через Новый Орлеан в Париж, где они привлекли внимание французских натуралистов. В 1740–1750-х годах английские поселенцы присылали подобные кости из Биг-Боун-Лик в Кентукки в Англию и Бенджамину Франклину в Америку. Большинство костей, особенно бивни, напоминали слоновьи и мамонтовьи, но зубы озадачивали: они не были похожи ни на один известный вид слонов, хотя принадлежали животному слоновьих размеров. Теперь известно, что это были останки американского мастодонта Mammut americanum. Франклин предположил, что зубы напоминают зубы хищника, хотя позже он и другие решили, что животное было травоядным.
В 1769 году британский анатом Уильям Хантер всерьез отнесся к версии о хищнике и заявил, что это не настоящий слон, а «псевдослон», или «американский инкогнитум» (от латинского «неизвестный»), самостоятельно развивший бивни. Он писал: «Этот монстр, с ловкостью и свирепостью тигра… жестокий, как кровавая пантера, быстрый, как падающий орел, ужасный, как ангел ночи… И если это животное действительно было плотоядным, в чем, я полагаю, нельзя сомневаться, то, хотя мы как философы можем об этом сожалеть, как люди мы не можем не благодарить Небо за то, что все его поколение, вероятно, вымерло». Это смелое предположение тогда не было принято натуралистами. Тем не менее останки «инкогнитума» и сибирского мамонта, включая замерзшие туши с шерстью и кожей, находили снова и снова. Жорж-Луи Леклерк, граф де Бюффон, в 1749 году в своей «Теории Земли» пришел к выводу, что, хотя большинство якобы вымерших животных могли скрываться в неизвестных областях, крупные наземные млекопитающие, такие как мамонт и «инкогнитум», вероятно, действительно погибли. К 1778 году Бюффон связывал их исчезновение с представлениями о катастрофах в ранней истории Земли и предполагал, что ее возраст составляет от 75 тысяч до 3 миллионов лет, а не 6 тысяч, как утверждали буквалистски настроенные богословы.
Такие революционные идеи не пользовались популярностью у теологов Сорбонны, но Бюффон находился под защитой короля, поэтому его не преследовали за ересь, хотя его взгляды и не получили широкого признания. Факт вымирания в конечном счете доказал один из величайших ученых всех времен — барон Жорж Кювье (1769–1832). Это был впечатляющий человек: высокого роста, с массивной головой, увенчанной густой шевелюрой. После его смерти ученые взвесили его мозг и обнаружили, что он весил 1830 граммов — более чем на 400 граммов больше среднего и на 200 граммов тяжелее любого измеренного к тому времени мозга. Но важнее было то, что Кювье обладал блестящими способностями во многих областях, некоторые из которых он создал сам. До него естественная история напоминала коллекционирование марок: натуралисты-любители составляли длинные списки и описания новых видов, не анализируя анатомические сходства. Кювье практически в одиночку совершил переворот в естественной истории, препарируя разных животных и выявляя их глубинные сходства и различия.
Это стало основой сравнительной анатомии — дисциплины, которая с тех пор лежит в фундаменте биологии. Натуралисты и путешественники присылали ему ископаемые кости, и он первым правильно описал многие виды вымерших животных. Кювье разгадал загадку ископаемых зубов, названных «великим инкогнитумом», и распознал в них зубы слоноподобных мастодонтов, а также верно определил огромных морских ящеров, известных теперь как мозазавры. Поэтому его считают основателем палеонтологии позвоночных. Кювье наиболее известен своим «законом корреляции частей», согласно которому определенные анатомические признаки связаны между собой: у плотоядного животного будут острые зубы и когти, у травоядного — плоские жернова и копыта. Благодаря этому закону палеонтологи могут восстанавливать целых животных по нескольким ключевым костям, поскольку остальные части анатомии предсказуемы.