Сигил Вэн, разработчик-самоучка, в 17 лет переехал в Кремниевую долину и поселился в доме для хакеров в сфере искусственного интеллекта вместе с известным исследователем ИИ Андреем Карпатым. Там он программировал и писал код рядом с людьми, которые впоследствии стали крупнейшими фигурами в области ИИ, включая основателя Perplexity Аравинда Сриниваса и исследователя OpenAI Ноама Брауна. Он тестировал ранние версии инструментов ИИ, которые позже получили широкую известность, в том числе чат-бот от соучредителя Anthropic Бена Манна, ставший Claude, генератор изображений от Дэвида Хольца, превратившийся в Midjourney, а также то, что стало GPT-3 от OpenAI и генератором изображений Stable Diffusion. Известный инвестор и предприниматель Навал Равикант нанял его для работы над Airchat — ныне закрытого проекта Равиканта, конкурента социальной сети Clubhouse.
Развлечения ради Вэн сумел запустить GPT-2 на своих Apple Watch. «Это было волшебное время», — сказал Вэн TechCrunch. Сейчас он является стипендиатом Thiel Fellowship — программы инвестора Питера Тиля, которая предлагает молодым основателям заниматься проектами вместо учёбы в колледже. В понедельник Вэн запустил бета-версию Underdog по приглашениям — одного из самых приватных ИИ-ассистентов, которые предлагала Кремниевая долина. Модель работает полностью на устройстве, то есть данные пользователя остаются на уже принадлежащих ему устройствах — сейчас это компьютеры Mac и Windows, а версии для Linux, iPhone и Android появятся позже.
Вэн создал Husky — движок вывода (программное обеспечение для запуска моделей ИИ), спроектированный для высокой скорости. По словам Вэна, в отличие от других локальных движков, он перемещает меньше данных между основным чипом компьютера и графическим чипом. В Underdog встроены и другие функции безопасности, например шифрование ключей доступа к электронной почте и другим аккаунтам, которые пользователь разрешает ассистенту использовать.
Однако Underdog использует гораздо меньшие модели, чем современные передовые модели, размещённые в дата-центрах. Сейчас применяется модель рассуждений на 27 миллиардов параметров, дообученная на основе Qwen3.8 27B. Вэн утверждает, что эта модель по некоторым тестам сопоставима с Claude Opus 4.6 — или с тем, что считалось высшим уровнем полгода назад. По его словам, это значит, что она справляется с повседневными задачами, для которых люди хотят использовать ИИ-ассистента, например с исследованием товаров перед покупкой или решением задач по математике.
«Вам не нужно жертвовать приватностью ради возможностей, потому что они столь же функциональны», — говорит Вэн. Он добавляет, что небольшие локальные модели со временем будут становиться всё более способными. Пожалуй, самое интересное в Underdog — его ранняя бизнес-модель. Приложение сначала будет бесплатным и никогда не будет поддерживаться рекламой. Поскольку ИИ работает на машинах пользователей, у Underdog нет огромных расходов на оплату провайдеру за вывод. «Мне не нужно брать с вас подписку за это, потому что мои затраты очень низкие», — сказал он.
Вместо этого, имея среди ангельских инвесторов соучредителя Stripe Патрика Коллисона, Вэн заимствует приём из эпохи финтеха. Underdog будет брать небольшой процент от платёжных транзакций, которые ИИ-ассистент совершает через защищённые платёжные каналы Stripe, — нечто вроде межбанковской комиссии. Так ассистенту никогда не придётся добывать ваши данные. Он настолько же на вашей стороне, как ваш банк или поставщик кредитных карт. Это противоречит бизнес-мотивам многих других игроков на рынке ИИ-ассистентов, чьи политики конфиденциальности позволяют собирать данные о пользователях, которые они могут продавать рекламодателям или третьим лицам либо использовать для обучения других моделей. Подобный сбор данных может быть особенно рискованным компромиссом для пользователей ИИ-ассистента, которому может потребоваться доступ к самым интимным сведениям о вас — от медицинских данных до финансовой информации и данных о ваших детях. Как написал Вэн в своём «манифесте ИИ»: «Почему использование ИИ должно требовать отказа от вашей личной информации?» Он говорит TechCrunch: «Я честно хочу создать Underdog для себя. Я делаю продукт, которым буду гордиться, если им будут пользоваться мои будущие дети».
Стартап, стоящий за Underdog, называется Conway Research, и Коллисон — не единственный его громкий инвестор. Conway поддерживают Andreessen Horowitz через партнёра Криса Диксона, а также Khosla Ventures, Hummingbird, SV Angel, Anthology Fund (совместный фонд Menlo Ventures и Anthropic) и заметный список ангельских инвесторов, включающий основателя Vercel Гильермо Рауха, Ноама Брауна и Диди Даса и других.