В День памяти и скорби, 22 июня 2026 года, научный директор Российского военно-исторического общества Михаил Мягков по просьбе РИА Новости разобрал пять главных мифов о начале Великой Отечественной войны.
Первый миф — о том, что СССР сам готовился напасть на Германию, а вермахт нанёс лишь «превентивный удар». По словам историка, этот тезис восходит к послевоенной пропаганде бывших гитлеровских генералов, работавших на американское командование, и впоследствии был подхвачен перебежчиком Владимиром Резуном в книге «Ледокол». Мягков подчеркнул, что Советский Союз действительно проводил индустриализацию и укреплял армию, но исключительно в оборонительных целях. Историк также провёл параллель с современностью, заметив, что консолидация Европы под флагом русофобии сегодня напоминает консолидацию европейских стран под гитлеровской свастикой в 1941 году.
Второй миф — что Сталину была известна точная дата нападения, но он её проигнорировал. По оценке Мягкова, советская разведка действительно установила факт подготовки агрессии, однако точную дату 22 июня не знала до последних часов. Гитлер сам неоднократно переносил сроки — изначально вторжение планировалось на май, и лишь 30 апреля 1941 года была окончательно утверждена дата удара. Параллельно германская сторона вела масштабную дезинформационную кампанию, внушая через посольства и агентов, что Гитлер не нападёт на СССР, пока не разберётся с Британией.
Третий миф — об отсутствии у красноармейцев мотивации воевать за советскую власть. Историк напомнил, что советское общество было в целом подготовлено к отражению агрессии: в школьную программу в середине 1930-х вернули исторических героев — от Александра Невского до Суворова и Кутузова, а молодёжь массово занималась спортом и сдавала нормативы по стрельбе. Уже в первые дни войны десятки тысяч добровольцев явились в военкоматы. Число коллаборантов, по оценкам историков, составляло около 800 тыс. человек, причём особой жестокостью по отношению к мирному населению отличались каратели из Прибалтики и с Западной Украины.
Четвёртый миф — что армию обезглавили репрессии, из-за чего она не могла эффективно воевать. Мягков признал, что репрессии действительно повлияли на боеспособность в психологическом плане — многие командиры боялись проявлять инициативу. Однако, по его словам, главную роль сыграли стремительное расширение армии с 1,9 млн человек в 1939 году до более чем 5 млн к июню 1941 года, острая нехватка опытных кадров и незавершённая реорганизация частей. Показательна судьба двух генералов: командующий Западным фронтом Павлов отвёл артиллерию на 100 км в тыл, был расстрелян за трусость, тогда как не выполнивший этот приказ генерал Кузнецов дошёл до Берлина и командовал армией, чьи бойцы водрузили Знамя Победы над Рейхстагом.
Пятый миф — что Сталин в первые дни войны впал в прострацию и уехал на дачу. По словам историка, этот тезис был запущен Хрущёвым на XX съезде партии, чтобы снять с себя и других членов Политбюро ответственность за ошибки. Дневник посещений кремлёвского кабинета Сталина опровергает эту версию: с ночи 22 июня там постоянно присутствовали маршалы Жуков и Тимошенко, нарком Берия и другие члены высшего руководства. Именно в эти дни под личным контролем Сталина были созданы Ставка Главного командования, Государственный комитет обороны, Совет по эвакуации, а в армию за несколько недель призвали 5 млн человек.