Экземпляр речного рака, ставший поводом для научного спора, был найден в коллекции Университета Западной Виргинии. Речь идёт о раке вида Tennessee bottlebrush crayfish, чья карапакса (твёрдый панцирь, покрывающий голову и среднюю часть тела) достигает 86,6 миллиметра — примерно 3,4 дюйма. При измерении не учитывались хвост, клешни и усики. Этот экземпляр занял первое место в новом рейтинге крупнейших известных речных раков Северной Америки.
В список вошли 20 крупных особей, представляющих 18 видов. Результаты опубликованы в журнале Ecology. Рейтинг появился после дружеского спора между исследователями, который заставил их отправиться на поиски по музейным коллекциям страны.
Кейтлин Блумер, преподаватель кафедры природных ресурсов и наук об окружающей среде Иллинойсского университета в Урбане-Шампейне, во время биологического обследования в Кентукки вытащила из ила огромного рака, прозванного Crawzilla. Она привезла его в кампус и, по её словам, с гордостью заявила коллеге, что поймала самого большого рака на свете. «Но, как все биологи и рыбаки-любители, он взглянул и сказал: „Не может быть, я ловил и больше“», — приводит её слова издание SciTechDaily. Чтобы разрешить спор, Блумер привлекла биологов и музейных кураторов к поиску крупнейших экземпляров в их собраниях. С помощью штангенциркулей исследователи провели точные измерения и определили места в рейтинге.
Шесть из двадцати лидеров принадлежат Иллинойсской естественнонаучной службе, входящей в Prairie Research Institute при университете. Ещё четыре экземпляра хранятся в Национальном музее естественной истории Смитсоновского института. «Я знал, что в астакологической коллекции Университета Западной Виргинии есть массивные раки, но был удивлён, узнав, что у нас два крупнейших известных экземпляра Северной Америки! Наш рекордсмен — Tennessee bottlebrush crayfish, собранный доктором Заком Лафманом и студентами Западной Виргинии в 2011 году, — показывает, насколько удивительны и разнообразны речные раки, — сказал Закари Грэм, доцент биологии Университета Западной Виргинии. — Одна только карапакса длиной с кредитную карту, а с хвостом и клешнями он почти достигает ширины листа тетради. Оба гиганта теперь с гордостью выставлены в моём кабинете, и я показываю их почти каждому, кто заходит».
Сравнение экземпляров из разных коллекций дало одни из первых оценок максимального размера североамериканских речных раков. Измерения также позволили проверить, не связан ли рост крупнейших особей с общими условиями среды. «Все они, казалось, упирались в отметку около 80 миллиметров, но мы не знали почему, особенно учитывая, что в других частях мира есть по-настоящему огромные речные раки, — отметила Блумер. — Мы начали рассматривать широту, доступность кислорода и тип местообитания как возможные корреляты, объясняющие, почему одни виды и особи крупнее других, но никаких закономерностей не увидели». Не найдя чёткого экологического объяснения, исследователи предполагают, что ограничения могут быть связаны с самим организмом животных. Состав их экзоскелета (наружного покрова) и особенности мускулатуры способны сдерживать рост. Эти гипотезы ещё предстоит проверить.
По словам Блумер, команда смогла подойти к этому фундаментальному вопросу только благодаря музейным коллекциям, что подчёркивает их научную ценность как общественного ресурса. Даже для животных, знакомых не одному поколению исследователей ручьёв, такие собрания помогают заполнить пробелы в знаниях. «Любой, кто в детстве бывал у ручья, знает, кто такие речные раки — они почти универсальное знакомство с водной жизнью. Я до сих пор хожу с людьми 50–60 лет, которые вспоминают, как ловили раков в ручье в семь лет, — сказала она. — Просто поразительно, как много нам ещё предстоит о них узнать».