В 2001 году Хосеп Гвардиола, выступая за итальянский клуб «Брешиа», столкнулся с серьёзным обвинением: две допинг-пробы подряд дали положительный результат на запрещённый анаболический стероид нандролон. Сам футболист утверждал, что вещество попало в организм случайно вместе с обычными спортивными витаминами. За подготовку этих добавок отвечал физиолог Рамон Сегура, который в тот же период консультировал Франка де Бура, также уличенного в употреблении нандролона. Этот случай стал отправной точкой для последующих дискуссий о необычной спортивной медицине, окружавшей тренера.
Когда Гвардиола возглавил «Барселону», Сегура незамедлительно занял важную позицию в медицинском штабе команды. Это произошло на фоне давления на испанский спорт из-за дела доктора Эуфемиано Фуэнтеса, в ходе расследования которого полиция изъяла множество пакетов с обогащённой кровью. На суде Фуэнтес заявлял, что его клиентами были ведущие футболисты страны, и намекал, что обнародование их имён лишит Испанию всех титулов. Однако суд принял беспрецедентное решение: судья запретил публиковать полные списки спортсменов, отклонил запросы международных антидопинговых организаций и постановил уничтожить доказательства для сохранения конфиденциальности.
Одновременно с этим система оказывала влияние и на административные рычаги. Пока публика восхищалась тактикой команды на поле, руководство каталонского клуба на протяжении многих лет перечисляло миллионы евро компаниям, принадлежавшим Хосе Марии Энрикесу Негрейре, занимавшему тогда должность вице-президента судейского комитета Испании. Когда спустя годы началось официальное расследование, клуб не смог представить отчёты, объясняющие столь крупные выплаты, что вызвало затяжной юридический скандал вокруг честности результатов тех лет.
Переезд в Мюнхен продемонстрировал, что Гвардиола ожидает от медицинских служб работы на пределе человеческих возможностей. В «Баварии» его подходы натолкнулись на противодействие авторитетного клубного врача Ханса-Вильгельма Мюллер-Вольфарта. Известный специалист старой школы отказался направлять игроков на лечение в частные клиники Барселоны и демонстративно покинул свой пост, не согласившись с условиями тренера.
Наибольшего размаха эта система достигла в «Манчестер Сити», где финансовые ресурсы владельцев совпали с амбициями тренерского штаба. Клуб столкнулся с многочисленными обвинениями в нарушении правил финансового фэйр-плей (финансовой справедливости) и создании теневых спонсорских схем для обхода ограничений. В то же время ключевые футболисты команды отправлялись в Каталонию. Картину дополняли разговоры о лояльности английских арбитров, получавших высокие гонорары за обслуживание матчей на Ближнем Востоке у структур, тесно связанных с руководителями «Манчестер Сити».
Эта многолетняя цепочка событий показывает, как за фасадом красивой игры и гениальной тактики выстраивалась сложнейшая структура, где спортивные результаты обеспечивались не только на футбольном газоне, но и за счёт пограничной медицины, юридических лазеек и огромного административного веса.